суббота, 4 апреля 2015 г.

Книга художника, часть третья. Работа с фотоархивом, рекламой и социальными сетями

Начало можно прочесть по метке Книга художника.

Описанные в предыдущих постах «книги художника» отличаются тем, что основным импульсом к их созданию послужило стремление к самовыражению и/или презентации текстов и художественных навыков художника (автография). В данном типе работы есть много положительного как для автора (свободное самовыражение доступно каждому, вдохновляет, дает разрядку и удовольствие, поднимает самооценку, придает уверенности), так и для зрителя (ему близок и понятен тот творческий заряд, который испытал художник, он как бы заряжается той энергией, которая исходит от этих работ и т.п.). Такой подход граничит с декоративно-прикладным направлением, различными хобби, и может быть сознательной стратегией. В этом случае ремесленное, прикладное, свободное искусство рассматривается как поле новых возможностей для художественного творчества. Здесь снимается идеологическое разделение культурных форм на «высокое» и «низкое».

Иная позиция, которую можно было бы назвать концептуальной, предполагает, что на первый план выходит не собственное самовыражение, а, например, проблемы, связанные с самовыражением, не образцы какого-то жанра, а игра с ним, и т.п. В этом случае само понятие «книга» конструируется заново, переосмысляется.

Мы с искусствоведом Надей Плунгян говорим о работе Николая (Географа) Смирнова
В работе Николая (Географа) Смирнова «Школа-интернат №2 г. Рыбинска» (2015) художник работает с фотоальбомом как формой, постоянно утрачивающей свое содержание. Известно, что любительские фото (или их имитация) давно стали предметом современного искусства, ровно, как и работа с фотоархивами. Смирнову посчастливилось найти обрывки фотографий из архива школы, а также – раритетный пустой официальный альбом этой школы. Изображения были произвольно порваны, потому что должны были быть выброшены. Художник с помощью простого приема – наклеивания этих обрывков в альбом в определенном порядке – выстраивает неожиданное повествование, не сюжетное, а построенное на столкновении визуального языка традиционной фотографии советского периода со зрительским ожиданием знакомого сюжета и на пустотах, которые возникли вследствие того, что фото лишились каких-то своих фрагментов.



Начало альбома содержит в себе части портретов, фотозарисовок, которые кажутся семейными (женщина, ребенок – женщина, дети – несколько детей крупным планом и т.п.). В сознании зрителя начинает «склеиваться» некая история советской семьи. Однако быстро становится понятно, что показана не одна семья, а как минимум – несколько, с совершенно разными детьми, что уже нарушает «канон» традиционного фотоальбома. В какой-то момент групповых фотографий становится все больше, наконец, «всплывают» фотографии официальных собраний (линеек, выступлений, докладов), и апофеоз – переснятое газетное фото Сталина, которое работникам интерната явно понадобилось для оформления важного стенда или стенгазеты.

На одной из страниц художник сложил из обрывков фигуру.
Не самое удачное решение, к счастью, единственное в этой работе.

С формальной точки зрения, произвольные разрывы фотографий создают неожиданные смещения, когда акцент вдруг делается на положении рук, взгляде второстепенного персонажа, чьей-то прическе, элементе одежды... Для зрителя здесь возникает практически детективная ситуация: кто порвал эти фотографии? Кто эти люди? Что с ними стало? Что это за ситуация?

Вот так выглядит альбом в инсталляции.
Красные флаги свернуты.
Интересный вариант работы с фотоархивом предложила Валентина Новикова в работе «Так было в мире всегда» (2015). В среду идиллических фотографий отдельно взятой семьи 1990-2000-х гг., часто снятых на простую мыльницу, внедрены фотоперформансы – в традиционные интерьеры «бабушкиных квартир» помещены текстовые реплики, цитаты из ОБЕРИУтов и представителей сибирского панк-рока. Художница инсталлировала надписи в реальном пространстве, не прибегая к фотообработке.


С развитием технологий и их доступности художники получили возможность создавать свои книги полиграфическими средствами. Часто это фотокниги, составленные из собственных фотографий, либо книги, созданные из заимствованных фотоизображений. Максим Деревянкин и Александр Скобеев сделали «Книгу об абсолютном счастье» (2015) – в котором рекламные образы теряют свою функцию – они не рекламируют какой-либо товар. Единственное, что они показывают – идеальные картины бесконечного благополучия.


Социальные сети также стали предметом исследования художников. Работа Юлии Вергазовой «Френдлента Мебиуса» (2015) представляет собой бумажную инсталляцию из цветных распечаток ленты автора. Помимо архивного момента, интересна попытка художницы зафиксировать особую структуру подачи информации в социальных сетях – фрагментированную, скачкообразную, клиповую, рассчитанную только на оперативную память и быструю эмоциональную реакцию. То, что в социальной сети читатель/зритель легко бы усвоил и тут же забыл, в работе Вергазовой зацикливается и бесконечно повторяется.


Социальные сети – это еще и о самопрезентации, ролях и масках, которые создает человек в публичном сетевом пространстве. Наташа Ангашанова создает книгу «Banana Company» (2015) о своей презентации «В контакте», где представлено ее альтер-эго, персонаж Banana Co. Это тот же «чемодан моих образов», только вместо слова «образы» будет уместнее слово «сэлфи».
Продолжение (заключительное) следует.
Посты я иллюстрирую работами молодых художников, студентов "Свободных мастерских" Московского Музея Современного искусства.

Комментариев нет:

Отправить комментарий